Головна Філологія Мовознавство КОНЦЕПТУАЛИЗАЦИЯ ПРОСТРАНСТВА В РУССКОЙ ЯЗЫКОВОЙ КАРТИНЕ МИРА
joomla
КОНЦЕПТУАЛИЗАЦИЯ ПРОСТРАНСТВА В РУССКОЙ ЯЗЫКОВОЙ КАРТИНЕ МИРА
Філологія - Мовознавство

Н. С. Сонник

Приднепровская государственная академия строительства и архитектуры

(Г. Днепропетровск)

Розглянуто особливості концептуалізації Простору на Різних мовних рівнях (морфоло­гічному, лексичному, синтаксичному). Виявлено основні індивідуальні риси просторової кон-цептосфери у російській мові.

Ключові слова: концепт, концептосфера, концептуалізація, мовна картина світу, прос­тір.

Рассмотрены особенности концептуализации пространства на различных языковых уровнях (морфологическом, лексическом, семантическом). Выявлены основные индивидуа­льные черты пространственной концептосферы в русском языке.

Ключевые слова: концепт, концептосфера, концептуализация, языковая картина мира, пространство.

In this article the peculiarities of space conceptualization on different language levels such as morphological, lexical and semantic are regarded. Main individual features of conceptual sphere of space in Russian are shown.

Keywords: concept, conceptual sphere, conceptualization, language worldview, space

Когнитивная лингвистика сегодня - одно из самых массовых языковедче­ских направлений. В центре внимания когнитологов находятся самые разные ас­пекты исследования концептов. Концепты исследуются в контексте писательских идиостилей, наивной картины мира, научной картины мира, в контексте межкуль­турной коммуникации и т. п. Большое внимание традиционно уделяется базовым концептам языковой картины мира.

Одним из таких концептов является Пространство, исследование общих и индивидуальных черт которого на примере русской языковой картины мира было бы весьма плодотворным. Целью Данного исследования является описание ос­новных представлений о пространстве в русской языковой картине мира, которые проявляются на различных языковых уровнях (морфологическом, синтаксиче­ском, лексико-семантическом).

Понятие пространства возникло как обобщение понятия места, которое вклю­чает в себя как представление о положении какого-либо тела относительно других, так и представления о протяженности тела, его размере и т. д.

В современном представлении пространство - это важнейшая онтологиче­ская категория, форма существования материи, характеризующая её протяженность, структурность, сосуществование и взаимодействие её элементов. Пространство и время являются теми категориями бытия, которые служат неиссякаемым источ­ником для размышлений человека вообще, не только для философов. Категория про­странства и времени «входит в число главных бытийных категорий, являя собой две важнейшие из познанных человеком форм существования материи, введенные им в язык как для того, чтобы говорить о сложнейших тайнах вселенной, так и для того,

© Сонник Н. С, 2012


Чтобы постичь простые формы ориентации человека в конкретном месте и конкрет­ном времени» [7, с. 27].

Представления о пространстве довольно существенно отличаются в наив­ной и научной картинах мира. И даже в рамках научной картины мира можно от­метить большие различия в, скажем, физических, геометрических и философских представлениях о пространстве. Как известно, еще в древности возникли две раз­личные концепции пространства. Атомисты (Демокрит, Эпикур, Лукреций) утвер­ждали, что существует пустое бесконечное мировое пространство, которое служит вместилищем вещей, ареной движения тел. По Аристотелю, пространство – это совокупность мест, занимаемая телами.

Идея пустого мирового пространства была позже развита Ньютоном, а пони­мание пространства и времени Аристотелем легло в основу концепции Лейбница. Сущность пространства, по Ньютону, представляется в виде неограниченного вме­стилища, объема, отождествляемого им с пустотой. Воззрения Лейбница на про­странство являются обобщением непосредственного опыта, оно одушевляется чело­веческим присутствием, оно трактуется и прочитывается человеком. На опыте мы имеем дело с протяженными телами, занимающими определенное положение относительно других тел. Пространство есть отношение, применимое лишь ко мно­гим телам. Если бы других тел не существовало, то нельзя было бы говорить о про­тяженности данного тела.

В процессе развития науки понятие людей о пространстве и времени уточня­лись и углублялись, но они всегда относились к «фундаментальным понятиям культуры, играя важнейшую роль в человеческом мышлении. Эти понятия на­столько фундаментальны, что на определенном развитии культуры они рассматрива­лись как генетическое начало мира» [1, с. 23].

Ориентация в пространстве является одним из самых важных этапов в познава­тельной деятельности человека, участвующего в формировании сознания. Рассмат­ривая явления восприятия как один из важнейших когнитивных механизмов че­ловеческого существа, говоря о биологических предпосылках строения языковых систем, Е. С. Кубрякова считает, что необходимо учитывать и то, как сказались на их организации принципы восприятия мира. По мнению ученого, «у человека в ходе его эволюции формируются ДВЕ относительно автономных системы виде­нья мира – так называемая ЧТО-система (what-system) и ГДЕ-система (where-system)» [6, с. 88]. Первая система является своеобразным идентификатором ок­ружающей среды, направленным на противопоставление различных объектов по параметрам фигуры и фона. Вторая система занимается определением расстояния до предметов или объектов, находящихся в пределах видимого обзора. Благодаря второй системе формируются представления об абсолютном расстоянии до како­го-либо предмета и об относительном соположении предметов друг относительно друга. Вторая автономная система виденья мира (ГДЕ-система) является первона­чальным перцептивным основанием для формирования и понимания концепта Пространство.

Е. С. Кубрякова справедливо полагает, что наивное представление о про­странстве сформировалось раньше, то есть предшествовало научному осмысле­нию пространственных категорий. Также исследователь говорит о вторичности концепта Пространство По отношению к базовым концептам Объекта И Предмета [6, с. 87]. Это вполне справедливое утверждение, учитывая, что концепт Про­странство Традиционно считается концептом-конструктом, который не сущест­вует в природе. Он «представляет собой универсальное видение мира, некие ос-


Новные координаты измерения или ориентации человека и потому лишён какой-либо оценочности или экспрессивности» [3, с. 413], если речь, разумеется, не идёт о метафорической репрезентации пространственной концептосферы. Концепты такого типа априори являются вторичными по отношению к базовым концептам материально-осязаемого типа.

Материалом к реконструкции древнего донаучного представления о про­странстве может служить проявление этой категории в мифологическом мышле­нии. В. Н. Топоров выделял следующие признаки мифологического пространства:

1) неотделимость от времени;

2) неразрывная связь с вещами, которые конституируют пространство и ор­ганизуют его структурно (первотворец, боги, люди, животные, растения, элемен­ты сакральной топографии, сакрализованные и мифологизированные объекты из сферы культуры);

3) отделённость пространства от того, что им не является;

4) составность пространства (членение и соединение) и др. [11].

В. Н. Топоров делает заключение, что художественное пространство «“сильнее” любого внешнего пространства. В этом смысле такой текст выступает как некое экспериментальное устройство, на котором конструируются, опробуют­ся, проверяются нигде более не мыслимые возможности» [11, с. 284].

Одним из базовых противопоставлений в параметризации концепта Про­странство Является оппозиция Верх – низ. Р. Гжегорчикова предлагает следую­щую категориальную структуру оппозиции Верх – низ [2, с. 78]:

1) Вертикальность, которая является репрезентацией стандартного вос­приятия человека позиции объекта по отношению к какой-либо отправной точке координат. Как правило, такой отправной точкой выступает поверхность Земли. Наибольшую значимость эта категория приобретает в предложной системе (лока­тивные предлоги Под, над), а также для обозначения размера в системе прилага­тельных (Высокий, низкий).

2) Внутренность – категория, направленная на описание предметов в виде вместилища. Эта категория реализуется в среде лативных и локативных предло­гов (в доме, вне дома, из леса), а также является принципиально важным элемен­том описания семантической структуры некоторых объектов. Так, параметр глу­бины может быть присущ только предметам, которые имеют внутренность.

3) Поверхность – характеристика, которой наделены объекты, имеющие выделенные границы.

4) Фасад (перёд) И Тыльная сторона (зад) Объектов. Эту категорию двух противопоставленных понятий сформировали представления о человеческом внешнем облике (Фасад = перёд, лицо), что проявилось и в концептуализации движения человека (Человек идёт вперёд). В результате эти представления пере­носятся на неживые предметы, что приводит к тому, что большая часть крупных объектов (Дом, машина, шкаф, корабль И т. п.) противопоставлены по этому па­раметру. Следует также отметить, что представление о локализации предметов может быть абсолютное или субъективное, то есть основанное на представлении конкретного наблюдателя. Например, машина будет для наблюдателя находиться За Домом, а не Перед Домом, если дом будет находиться между наблюдателем и машиной и т. п.

Говоря о грамматике пространства, И. М. Кобозева анализирует специаль­ный речевой жанр Описание пространства И предлагает такую схему строения этого жанра [5, с. 156]:


Описание пространства —> Экспозиция + Разработка

Экспозиция —> Категоризация + (Уточнение) + (Характеризация)

+ (Локализация) + (Комментарий)

Разработка —>Ряд

Ряд —>Кадр

Кадр —> Конфигурация + (Уточнение) + (Характеризация) +

(Локализация) + (Комментарий)

Конфигурация —> Топос + Связка + Фигура

Топос —їРелятор + Ориентир Экспозиция В жанре Описание пространства Указывает на тип описывае­мого пространства. Разработка Является собственно описанием пространства. В Экспозиции Обязательно выражена Категоризация, Которая может быть выра­жена следующими типами предложений: а) назывное (Комната); Б) классифицирующее (Это музей); В) бытийное (Перед нами большая зала); Г) восприятия (Видим интерьер дома). Уточнение, Характеризация, Локализа­ция И Комментарий Являются факультативными элементами Экспозиции. Уточнение Может выражаться такими синтаксическими конструкциями: а) пред­ложения с метатекстовым предикатом ([Какая-то серо-зелёная комната.] Я бы сказала даже зала); Б) назывные предложения ([Видим интерьер дома.] Аристо­кратический дом); В) приложения ([На картине какая-то комната.] Большая зала); Г) дизъюнктивные однородные члены ([Вот это камин] Или печка); Д) уточняющие обороты ([Изображена комната,] Скорее, даже зала в большом дворце). Характе­ризация Выражается характеризующими предложениями ([Видим интерьер до­ма]… Потолки шести метров. Пол паркетный. Стены синего цвета). Локализа­ция Является особым видом Характеризации, Которая выражается в указании ме­стоположения. Представлена она локативными предложениями ([Две женщины:] Одна сидит, одна стоит у окна). Разработка Состоит из Рядов, Одного или не­скольких. Ряд Представляет собой фрагмент текста, соответствующий связному участку зрительно воспринимаемого пространства. В свою очередь, Ряд Является последовательностью Кадров. Кадр Имеет обязательную категорию Конфигура­ции, Которая воплощает обыденное понимание пространства, а также факульта­тивные категории Уточнения, Характеризации, Локализации И Комментария. Отношения Конфигурации Отражаются в категории Топоса, Связки И Фигуры (подробнее см. [5, с. 157]). Структура жанра Описание пространства Наглядно «отражает те процессы, которые происходят в сознании человека при восприятии визуальной информации в её вербальном кодировании» [5, с. 161].

Концептуализация пространства на семантическом уровне связана с раз­личными метафорическими и метонимическими переносами, где в качестве ис­ходного или конечного объекта переноса выступает концепт Пространство. Е. В. Падучева анализирует метонимический перенос Время —> пространство. Этот перенос заключается в том, что слова, обозначающие отрезок времени, на­чинают обозначать «события, происходящие на данном отрезке времени и, следо­вательно, занимающие определённое пространство» (расскажи про воскресенье ‘про то, что происходило / будет происходить - в определённом месте - в воскре­сенье’) [10, с. 239]. Примечательно, что метонимия такого типа - типично русское (восточнославянское) явление, так как, например, в романских языках подобное развитие значения сопровождается аффиксацией.


Пространственная метафора является одной из фундаментальных метафор русской языковой картины мира. Она охватывает важнейшие понятийные сферы концептуализации языкового сознания. Анализируя названия различных природ­ных объектов, О. П. Ермакова предлагает следующие варианты метафорического осмысления русского ландшафта [4, с. 289–293]:

1. Ландшафтные метафоры могут представлять одно пространство через другое (Бугры волн, море тайги, снежное море, песчаное море, морская пустыня И т. п.), хотя в целом метафорическим переносам не свойственно оставаться в пределах одной и той же логической категории.

2. Метафоризация человека в образах ландшафта (Гора ‘огромный и тол­стый’; Бугор Жарг. ‘начальник’; Остров ‘выделяющийся среди других’; Река ‘об из­менчивой натуре’; Айсберг ‘холодный и не до конца понятный’). Кроме того, опре­делённые слои общества могут характеризоваться словами Болото, дно, трясина.

3. Концептуализация человеческой жизни как плавания По морю / по реке, в ходе которого человек может натыкаться на Рифы, подводные камни, может вы­бираться на спасительный Берег Во время житейских Бурь И т. п. Метафорическая картина человеческой жизни активно эксплуатирует названия всех водоёмов и их частей (Ключ, родник, истоки, русло И др.).

4. Конец человеческой жизни связан с метафорическим переосмыслением названий впадин (Бездна, пропасть, пучина, яма И др.). Подобная метафоризация обусловлена сакральными представлениями о загробном мире, находящемся под землёй. Это поддерживается и погребальной традицией, где конец жизни связан с погружением тела в яму (могилу).

5. Концептуализация времени в пространственных образах (Время пошло под уклон, достиг вершины дней, пик времени, не за горами И др.). Жизненный путь в данной модели концептуализируется как движение по горе.

6. Метафорическое обозначение нерасчленённого множества, совокупности, большого количества каких-либо объектов (Горы снега, книг, дел; пропасть (безд­На) вопросов, дел; море света, крови, огней; реки (потоки, ручьи) слёз, крови, ла­вы; океан горя, радости, любви И др.).

Реализация пространственной метафоры имеет ряд семантических нюансов, а именно:

А) пространственные метафоры зачастую не утрачивают пространственную
сему (в случаях Горы снега, реки лавы, море тайги Остаётся значение пространст­
венной протяжённости; в случаях Горы риса, горы мусора Остаётся значение воз­
вышения над плоскостью);

Б) пространственные термины в процессе метафоризации продолжают быть
тесно связанными с семантикой движения (Из-за гор, к обрыву, на дно, у края
бездны
);

В) пространственные метафоры редко выходят за пределы физических от­
ношений;

Г) физическая природа пространства оказывает влияние на эмотивный ком­
понент семантической структуры пространственной метафоры (ещё Дж. Лакофф
и М. Джонсон показали, что в любой сфере отношений пространственная оппози­
ция Верх – низ Соответствует шкале Хорошо – плохо [8]) [4, с. 293–295].

На ментальном уровне пространственная метафора репрезентирует жизнь души. В русской наивной картине мира душа представляется неким закрытым пространством, а также «бесплотным существом, пребывающим в этом простран­стве» [4, с. 295]. По отношению к душе реализуются такие пространственные дей-


Ствия, как Раскрыть, закрыть, распахнуть, влезть, войти. «Пространство души имеет другой “ландшафт”: в нём нет Рек, гор скал, островов, Но есть Пропасти, бездны, безымянные пустыни» [4, с. 296].

Таким образом, можно говорить о большой значимости концепта Про­странство В русской языковой картине мира. Он активно репрезентируется на различных языковых уровнях. Морфологическая репрезентация связана с систе­мой русских пространственных предлогов и наречий и особенностями их функ­ционирования. Синтаксическая репрезентация формируется речевым жанром Описание пространтва, То есть теми синтаксическими средствами, которые ис­пользуются в процессе реализации типовой схемы передачи информации о про­странстве. Лексико-семантические особенности концепта Пространство Ярко проявляются в метонимических (Время —> пространство) И метафорических пе­реносах. Метафоризация здесь – один из ключевых процессов, позволяющий в терминах пространства осмысливать другие физические явления, человеческие качества, ментальные характеристики и др.

Библиографические ссылки

1. Ахундов М. Д. Концепции пространства и времени: Истоки. Эволюция. Перспективы / М. Д. Ахундов. - М. : Наука, 1982. - 222 с.

2. Гжегорчикова Р. Понятийная оппозиция верх - низ (пол. ‘wierzch’ - ‘spyd’) и языко­вая модель пространства / Р. Гжегорчикова // Логический анализ языка. Языки про­странств / отв. ред. Н. Д. Арутюнова, И. Б. Левонтина. - М. : Языки русской культуры, 2000. - С. 78-83.

3. Евтушенко Е. Н. Пространственная ориентация / Е. Н. Евтушенко // Антология кон­цептов / под ред. В. И. Карасика, И. А. Стернина. - М. : Гнозис, 2007. - С. 413–424.

4. Ермакова О. П. Пространственные метафоры в русском языке / О. П. Ермакова // Логический анализ языка. Языки пространств / отв. ред. Н. Д. Арутюнова, И. Б. Левонтина. - М. : Языки русской культуры, 2000. - С. 289-298.

5. Кобозева И. М. Грамматика описания пространства / И. М. Кобозева // Логический анализ языка. Языки пространств / отв. ред. Н. Д. Арутюнова, И. Б. Левонтина. - М. : Языки русской культуры, 2000. - С. 152-162.

6. Кубрякова Е. С. О понятиях места, предмета и пространства / Е. С. Кубрякова // Ло­гический анализ языка. Языки пространств / отв. ред. Н. Д. Арутюнова, И. Б. Левонтина. - М. : Языки русской культуры, 2000. - С. 84-92.

7. Кубрякова Е. С. Язык пространства и пространство языка (к постановке вопроса) / Е. С. Кубрякова // Известия АН. Сер. Литература и язык - 1997. - Т. 56. - № 3. - С. 22-31.

8. Лакофф Дж. Метафоры, которыми мы живём / Дж. Лакофф, М. Джонсон. - М. : УРСС, 2004. - 256 с.

9. Логический анализ языка. Языки пространств / отв. ред. Н. Д. Арутюнова, И. Б. Левонтина. - М. : Языки русской культуры, 2000. - 448 с.

10. Падучева Е. В. Пространство в обличии времени и наоборот (к типологии метоними­ческих переносов) / Е. В. Падучева // Логический анализ языка. Языки пространств / отв. ред. Н. Д. Арутюнова, И. Б. Левонтина. - М. : Языки русской культуры, 2000. - С. 239-254.

11. Топоров В. Н. Пространство и текст / В. Н. Топоров // Текст : семантика и структура / отв. ред. Т. В. Цивьян. - М. : Наука, 1983. - С. 227-285.

Надійшла До Редколегії 28.02.12


УДК 811.161.1’374+811.161.1’367.623

Похожие статьи