Головна Філологія Мовознавство ФРЕЙМОВИЙ АНАЛІЗ КОНЦЕПТУ «ЄВРОАТОМ»: ОСОБЛИВОСТІ ЙОГО ВЕРБАЛІЗАЦІЇ (на матеріалі англомовних звітів ЄС)
joomla
ФРЕЙМОВИЙ АНАЛІЗ КОНЦЕПТУ «ЄВРОАТОМ»: ОСОБЛИВОСТІ ЙОГО ВЕРБАЛІЗАЦІЇ (на матеріалі англомовних звітів ЄС)
Філологія - Мовознавство

Д. С. Мельник

Дніпропетровський національний університет імені Олеся Гончара

Розглянуто фреймову теорію, на основі якої проведено аналіз концепту «Євратом» на матеріалі англомовних звітів ЄС, виявлено особливості його вербалізації.

Ключові слова: концепт, концептуальний аналіз, теорія фреймів, слот, репрезентант.

Рассмотрена Фреймовая Теория, на основании которой проведен анализ концепта «Евроатом» на материале англоязычных отчетов ЕС, выявлены особенности его вербализа­ции.

Ключевые слова: концепт, Концептуальний Анализ, теория фреймов, слот, репрезен­тант.

The author analyses the theory of frames on the basis of which the investigation of concept “Euroatom” has been conducted on the material of English EU reports. The peculiarities of its verbalization were distinguished.

Keywords: concept, conceptual analysis, the frame theory, slot, representative.

На сучасному етапі розвитку філологічної науки актуальним є когнітивне дослідження мови, метою якого є розуміння того, як здійснюються процеси сприйняття, категоризації і осмислення світу, як відбувається накопичення знань, які системи забезпечують різні види діяльності із інформацією.

Ключовим поняттям когнітивної лінгвістики беззаперечно виступає «кон­цепт». Поняття «концепту» в сучасній лінгвістиці набуло широкого значення за останні десятиліття в працях як вітчизняних, так і зарубіжних дослідників.

Найбільш повно визначення «концепту» дали відомі російські мовознавці О. С. Кубрякова, В. А. Маслова та Ю. С. Степанов. Так, за О. С. Кубряковою, концепт - це термін, який слугує поясненню одиниць ментальних та психічних ресурсів нашої свідомості і тієї інформаційної структури, яка відображає знання й досвід людини; це оперативна змістова одиниця пам’яті, ментального лексикону, концептуальної системи та мови мозку, усієї картини світу, відображеної в людській психіці [6, с 56]. Відомий дослідник концептів Ю. С. Степанов стверджує, що ми можемо довести свій опис усіх духовних концептів лише до певної межі, за якою знаходиться деяка духовна реальність, яка не описується, а лише переживається [8, с 13].

Типи концептів досить різні - і за змістом, і за структурою. Однак будь-який концепт, незалежно від типу, має базовий шар. Базовий шар концепту зав­жди представляє собою певний чуттєвий образ. Цей образ виступає одиницею універсального предметного коду (М. І. Жинкін [3, с 47], І. Н. Горєлов [2, с 85]), яка кодує даний концепт для мисленнєвих операцій, і тому образ може бути на­званий кодуючим.

І. А. Стернін виокремлює три типи концептів: однорівневі, багаторівневі та сегментні. Однорівневі концепти включають тільки чуттєве ядро, фактично - один базовий шар. Багаторівневі концепти включають декілька когнітивних

© Мельник Д. С, 2011


Шарів, які розрізняються за рівнем абстракції, що відображається ними, і послідовно нашаровуються на базовий шар. Сегментні концепти представляють собою базовий чуттєвий шар, який оточений декількома сегментами, рівноправними за ступенем абстракції [9, с. 122]. Змістовні шари концепту мо­жуть бути виявлені через аналіз мовних засобів його репрезентації [1, с. 34].

Метою Нашої статті є визначення особливостей вербалізації концепту EUROATOM У звітах Європейського Союзу. Ключовими завданнями є виокрем­лення рівнів реалізації даного концепту та здійснення фреймового аналізу його.

При аналізі концепту в рамках когнітивної лінгвістики послідовність дій може бути такою: виявити концепт дослідження, виявити ключові слова-репрезентанти даного концепту в мові, проаналізувати детально семантику клю­чового слова, яким іменується концепт. У своїй роботі ми будемо спиратися на теорію фреймового аналізу Чарльза Філмора. Ця теорія базується на ієрархічно організованій системі мовних виборів, яка узгоджується із зоровими, а також іншими видами внутрішніх розумових образів. Фрейм, у свою чергу, складається із понятійних конституентів, які зберігають інформацію, зміст якої відображається в назві слоту [11, с. 55]. Фрейм – це багатокомпонентний концепт, який представляє собою сукупність стандартних знань про предмет, явище або ситуацію. Він є узагальненою моделлю організації культурно зумовленого знання навколо певного концепту і формується стереотипами знань. Його можна також представити як «пучок» прогнозованих валентних зв’язків – слотів, або «векторів направлених асоціацій» [5, с. 86]. Слоти відповідають різним аспектам або пара­метрам, які виокремлюються на основі досвіду взаємодії людини з об’єктами да­ного типу [6]. Фрейм є відкритою структурою, яка може розширяти свої межі за рахунок надходження нової інформації [9, с. 73].

Важливу роль у дослідженні концептів відіграє фреймовий аналіз, оскільки кожна мовна структура співвідноситься, як правило, хоча б з одним фреймом. Фреймовий аналіз найбільш адекватний для слів з пропозиціональним типом зна­чення, який передбачає наявність будь-якої ситуації. На теперішній час існує декілька підходів до фреймового аналізу, які передбачають певні прийоми (елімінування, модифікацію слотів і т. д.) [9, с. 75].

Когнітивному аналізу піддаються тексти різних дискурсів, тому вважаємо актуальним освітити один із найбільш значущих типів дискурсу сучасного суспільства – дипломатичний дискурс, який в нашій статті буде досліджений на матеріалі звітів ЄС.

В. В. Калюжна розподіляє документи міжнародних організацій за функцією й способом формування на текстові та цифрові. Текстові, в свою чергу, поділяються на інформативні, регламентуючі, підсумкові, резюмуючі. Важливо зазначити, що до інформативних документів дослідниця відносить меморандуми, записки, повідомлення, заяви, доповіді, огляди, робочі документи сесій і звіти [4, с. 6].

Звіт – це документ, метою якого є висвітлити певні питання або положення, який має узагальнюючий та заключний характер; вміщує дані про прибутки, ви­трати, результати діяльності організації. Звіти Європейського Союзу описують діяльність Європейського Союзу в різних сферах життя, зокрема політичній, фінансовій, правовій, соціальній, а також відбивають підсумки минулої діяльності відповідних комітетів. Таким чином, звіти Європейського Союзу концептуально вербалізують стан, шлях та перспективи розвитку Європейського Союзу в тих чи інших ключових сферах розвитку життя.

Об’єктом дослідження стали 4 звіти з впровадження статті 37 Угоди про Євроатом (1983, 1984, 1985, 1986) загальним об’ємом 228 сторінок.


Виходячи із семантичного наповнення концепту EUROATOM, у ході аналізу ми виділили наступні 5 слотів: «PLACE», «CONSEQUENCES», «DOERS OF THE ACTION», «MEASURES», «TYPES OF DOCUMENTS». Схематично їх можна представити так:


ФРЕЙМОВИЙ АНАЛІЗ КОНЦЕПТУ «ЄВРОАТОМ»: ОСОБЛИВОСТІ ЙОГО ВЕРБАЛІЗАЦІЇ (на матеріалі англомовних звітів ЄС)


ФРЕЙМОВИЙ АНАЛІЗ КОНЦЕПТУ «ЄВРОАТОМ»: ОСОБЛИВОСТІ ЙОГО ВЕРБАЛІЗАЦІЇ (на матеріалі англомовних звітів ЄС)


ФРЕЙМОВИЙ АНАЛІЗ КОНЦЕПТУ «ЄВРОАТОМ»: ОСОБЛИВОСТІ ЙОГО ВЕРБАЛІЗАЦІЇ (на матеріалі англомовних звітів ЄС)


ФРЕЙМОВИЙ АНАЛІЗ КОНЦЕПТУ «ЄВРОАТОМ»: ОСОБЛИВОСТІ ЙОГО ВЕРБАЛІЗАЦІЇ (на матеріалі англомовних звітів ЄС)


ФРЕЙМОВИЙ АНАЛІЗ КОНЦЕПТУ «ЄВРОАТОМ»: ОСОБЛИВОСТІ ЙОГО ВЕРБАЛІЗАЦІЇ (на матеріалі англомовних звітів ЄС)


EUROATOM


TYPES OF DOCUMENTS


DOERS OF THE ACTION



Кожен з них може бути уточнений з урахуванням того, яка додаткова фак­тична інформація специфікує семантику даного концепту. Виходячи з того, що місцем утворення радіоактивного бруду є заводи Європи, можна виділити слот PLACE, в рамках якого виокремлюється група лексем, що позначають предмети, на яких утворюється радіоактивний бруд: Plant – завод (Nuclear Power Station, Nu­Clear Fuel Reprocessing Plants) і Reactor – реактор (Pressured Water Reactor, Boiling Water Reactor, Fast Breeder Reactor, Pressurized Water Reactor, Boiling Water Reactor, Advanced Gas-Cooled Reactor). Наведені словосполучення представлені здебільшого моделлю «прикметник + іменник + іменник» (6 одиниць), меншою мірою – мо­деллю «прикметник + прикметник + іменник». Незалежно від способу утворення цих словосполучень, вони, як правило, функціонують у контекстах, присвячених технічним характеристикам заводів і реакторів. Таким чином, слот PLACE Утворюється двома підслотами: «Завод» й «Типи реакторів».

Слот CONSEQUENCES Теж репрезентований багаторівнево і розкладається на декілька складових: Substances, Process, Impact, Emergency Situation. Ці складові є взаємозалежними, між ними існує причинно-наслідковий зв'язок, представлений схемою нижче: утворені речовини ведуть до незворотних хімічних процесів, які, в свою чергу, мають вплив на навколишнє середовище і у випадку надлишку викликають надзвичайну ситуацію.

Слот SUBSTANCES Реалізують такі лексичні одиниці, як Radioactive waste, radioactive substances, low active waste. Слот PROCESS Репрезентований лексе­мами Releases of radioactive effluent, accidental releases, radioactive contamination, release of radioactive effluents. Слот IMPACT Вербалізований лексичною одини­цею IMPACT Із уточнюючими визначеннями: Potential radiological impact, radio­logical impact. Опис слоту CONSEQUENCES Логічно завершується зазначенням підслоту EMERGENCY SITUATION, який реалізується лексичною одиницею Accident situations. Зазначені вище словосполучення описуються схемами «при­кметник + іменник», «іменник + прийменник + (прикметник) + іменник». Проаналізувавши фактичний матеріал, зазначаємо, що словосполучення першого типу використовуються для опису сполук і процесів, другого – для уточнення типів викидів.

У свою чергу, слот DOERS OF THE ACTION Включає найменуванння осіб за родом діяльності: National authorities, member state, neighbouring member state, competent national authorities. Дані приклади демонструють, що у вирішенні проблем атомної енергетики беруть активну участь органи влади і держава, впли­ву з боку окремих представників не спостерігається.


У звітах спостерігаємо наявність назв великої кількості документів різних типів, що дозволяє виокремити слот «DOCUMENTS». Слот DOCUMENTS Мож­на розподілити за жанрами: Звіти (subsequent report, present report), Плани (Dis­posal plans, a demanding schedule, Preliminary communication of plans, definitive Communication of plans), Інструкції (technical clarifications, recommendations), Двосторонні угоди (bilateral agreements, bilateral arrangement). Між впроваджен­ням планів і укладанням угод існує стадія узгодження, яка в текстах звітів має на­зву Stages of approval.

У своїй діяльності Євросоюз часто зіштовхується з необхідністю вирішення різних питань, прийняття різних заходів. У процесі обговорення дискусійних моментів пропонуються різні плани, зіштовхуються різні погляди. Лексичні засо­би, які беруть участь у висловленні зазначеного, дозволяють виділити слот «MEASURES». Отож, слот MEASURES Репрезентований трьома підслотами PLAN, COMMUNICATION І OPINION. Лексична одиниця PLAN Є компонен­том словосполучень To examine a disposal plan, to communicate disposal plans, to submit the plan. Після того як плани написані, вони проходять детальне обгово­рення, що дозволяє виокремити ще один репрезентант слоту MEASURES COMMUNICATION, який актуалізується в текстах угод словосполученнями To communicate a project, preliminary communication, definitive communication, to lay down the procedure, to ensure communication in due time. Лексична одиниця OPINION Вживається в словосполученнях To formulate opinions, to deliver opinion, to publish opinions, to release the opinion, to publish opinions.


ФРЕЙМОВИЙ АНАЛІЗ КОНЦЕПТУ «ЄВРОАТОМ»: ОСОБЛИВОСТІ ЙОГО ВЕРБАЛІЗАЦІЇ (на матеріалі англомовних звітів ЄС)




PLAN

COMMUNICATION

OPINION


-V^

Таким чином, фреймовий аналіз виявлених слотів, які репрезентують кон­цепт «Євроатом», дозволив виявити параметри даного концепту в звітах ЄС, його семантичні ознаки, які формують уявлення про концепт «Євроатом» у рамках англомовних звітів ЄС з впровадження 37 Статті Угоди про Євроатом, а також особливості його вербалізації.

Бібліографічні посилання


1.

2. 3. 4. 5. 6. 7.

Болдырев Н. Н. Концептуальное пространство когнитивной лингвистики / Н. Н. Болдырев // Вопросы когнитивной лингвистики. – 2004. – № 1. – Режим доступу : Http://ralk. info/index. php? module=subjects&func=listpages&subid=2 Горелов И. Н. Вопросы теории речевой деятельности. Психолингвистические основы искусственного интеллекта / И. Н. Горелов. – Таллин : Валгус, 1987. – 432 с. Жинкин Н. И. Речь как проводник информации / Н. И. Жинкин. – М. : Политиздат, 1982. – 250 с.

Калюжная В. В. Стиль англоязычных документов международных организаций/ В. В. Калюжная. – К. : Наукова думка, 1982. – 121 с.

Красных В. В. Виртуальная реальность или реальная виртуальность? Человек. Соз­нание. Коммуникация / В. В. Красных. – М. : Диалог-МГУ, 1998. – 350 с. Краткий словарь когнитивных терминов / [Кубрякова Е. С., Панкрац Ю. Г., Демь-янков В. З., Лузина Л. Г.]. – М. : Изд-во МГУ, 1996. – 245 с.

Маслова В. А. Введение в когнитивную лингвистику : учеб. пособие / В. А. Маслова. – М. : Флинта, 2004. – 294 с.


8. Степанов Ю. С. Константы : Словарь русской культуры / Ю. С. Степанов. – 3-е изд., испр., доп. – М. : Академический проект, 2004. – 991 с.

9. Стернин И. А. Методика исследования структуры концепта / И. А. Стернин // Мето­дологические проблемы когнитивной лингвистики: научное издание / под ред. И. А. Стернина. – Воронеж : Воронеж. гос. ун-т, 2001. – 182 с.

10. Crystal D. The Encyclopedia of the English Language / D. Crystal. – Lnd. : Cambridge University Press, 2005. – 378 p.

11. Fillmore Ch. Frame semantics / Ch. Fillmore // The Linguistic Society of Korea (ed.). Lin­guistics in the Morning Calm. – Seoul : Hanshin Publishing Co, 1982.

12. Huntington S. The Clash of Civilisations and the Remaking of World Order. – New York : Simon&Schuster, 1996.

Надійшла До Редколегії 11.02.11


Гольно-адвербиального поля, предложенную и разработанную в диссертационном исследовании Ю. В. Беспаловой [2, с. 103–120]. В понимании глагольно-адвербиального текстового поля речи автор, прежде всего, исходит из того, что это глагольное поле, в котором глагольное слово выступает в качестве основного средства обозначения акта говорения. Лексическое своеобразие глагольного сло­ва, его смысловая емкость, семантическая уплотненность структуры предопреде­ляют широкую синтаксическую сочетаемость глагола. Этот синтаксический ста­тус глагола обусловлен его функциями: во-первых, он передает признак, проте­кающий во времени; во-вторых, глагол организует ситуацию, он является, по сло­вам Д. Н. Шмелева, «как бы конденсированным выражением целой ситуации» [20, с. 48]. Глагол, будучи самой сложной и семантически емкой частью речи, наиболее конструктивен по сравнению с другими частями речи. Этот лингвисти­ческий фактор не может не сказаться на установлении решающего значения гла­гола при его синтагматических отношениях в области словосочетаний и предло­жений. В тексте глагол представляет собой структурный и семантический центр предложения, является выразителем предикативных категорий и предопределяет своими валентностями количество, форму и общую семантику окружающих его компонентов, в том числе и адвербиалий. Более того, исследователи отмечают, что связь с различными адвербиалиями, к которым ученые относят наречия, на­речные сочетания, предложно-именные сочетания, деепричастия, деепричастные и сравнительные обороты, является характерной особенностью глагола как части речи. Основная функция адвербиалий, как известно, состоит в том, чтобы модифи­цировать глагольное действие соответственно выражаемым ими значениям [15; 9].

В соответствии с лексической семантикой, выражаемой обстоятельствами, в глагольно-адвербиальные поля речи входят наречия-распространители, характе­ризующие: 1) внешнюю сторону речевого процесса; 2) содержание высказывания; 3) внутреннее состояние говорящего; 4) эмоциональное состояние говорящего [2, с. 106]. Опираясь на данную классификацию, сформируем и рассмотрим ЛСГ анализируемых наречий с учетом их иерархической соподчиненности друг другу.

Первая группа, объединяющая наречия, Характеризующие внешнюю сторону речи, наиболее разнообразна по составу подгрупп и количеству входя­щих в них единиц. Здесь прежде всего выделяется Подгруппа 1.1, включающая конкретизаторы, эксплицирующие акустико-физиологические характеристики процесса говорения: силу звучания, отчетливость и легкость произнесения речи, темп речи, тембр и тон голоса говорящего, интонацию и особенности артикуля­ции. В отдельные подгруппы выделены обстоятельственные распространители, характеризующие манеру говорить; форму речи; языковую систему, с помощью которой осуществляется коммуникация.

Подгруппа 1.1.1 включает антонимические парадигмы адвербиалий, выра­жающих силу, степень громкости звучащей речи. Ряд обстоятельств, включаю­щих сему ‘громко’, представлен наречиями Громко, громогласно, громоподобно, оглушительно, неистово, истошно. Ср.: Марина … закричала Громко, на весь дом (Устинова, На одном дыхании!, с. 133), Димка Горин Громогласно Орал: Идиоты! (Устинова, На одном дыхании! с. 207). Противоположный ряд с инвариантной семой ‘тихо’ составляют наречия Тихо, потише, тихонько, шепотом. Ср.: «Хо­рошо, Марк Анатольевич», – Тихо И обреченно сказала Варя (Устинова, На одном дыхании!, с. 82); «Да что ж вы так волнуетесь!» – Негромко Воскликнула Марина (Устинова, На одном дыхании!, с. 65).

Следует отметить, что нормальная, средняя громкость голоса автором обычно не отмечается, тогда как повышение или понижение голоса приобретает


Коммуникативную нагрузку. Динамика изменений этого параметра – важное аку­стическое средство кодирования невербальной информации [12, с. 302].

В подгруппу 1.1.2 вошли наречия, указывающие на отчетливость речи, лег­кость произнесения. При этом «положительные» обстоятельственные характери­стики звучащей речи, содержащие семы ‘легко’, ‘отчетливо’, создаются при по­мощи наречий Внятно, Легко, отчетливо, четко; а противоположные – посредст­вом наречий Невнятно, невыразительно, сбивчиво, небрежно. Ср.: «Фотосессия была у нее дома», – Четко, как на летучке, ответил Прохоров (Устинова, На од­ном дыхании!, с. 108); «Да что это она выдумала?» – Невнятн о Из-за платка спросила Мелисса у водителя (Устинова, Пять шагов по облакам, с. 91).

Подгруппу 1.1.3. образуют антонимичные ряды наречий со значением ско­рости, темпа речи, включающие обстоятельства, объединяемые, с одной стороны, семами ‘быстро’ и ‘коротко’ (Быстро, скороговоркой, словоохотливо, торопливо, поспешно, немедленно, моментально, живо, без умолку, безудержно, коротко, кратко, нетерпеливо, отрывисто), а с другой – семами ‘медленно’, ‘долго’ (Вяло, нараспев, степенно). Например: «Ничком, что ли, лежала?» – Быстро Перебил пристав (Акунин, Ф. М., с. 126); На призыв повиниться перед обер-прокурором Пелагея Поспешно Сказала… (Акунин, Пелагия и красный петух, с. 38); «Брось­те», – Вяло Ответил Мефистов (Акунин, Весь мир театр, с. 87).

Наречия подгруппы 1.1.4, характеризующие тембр голоса говорящего, об­разуют ряды, противопоставленные в стилистической шкале, если можно так ска­зать, по признаку приятности / неприятности тембра: Мягко / Хрипло, раскатисто. Ср.: …Из самой середины сада донесся голос, Мягко Спросивший что-то на неиз­вестном наречии (Акунин, Пелагия и красный петух, с. 205); «Марин, вы меня простите», – Хрипло Сказала Глафира (Устинова, На одном дыхании!, с. 60).

Слова, входящие в подгруппу 1.1.5, указывают на тон (высоту) голоса и ор­ганизуются в антонимичные ряды смысловыми семами ‘высокий тон’ (Тоненько, по-заячьи) и ‘низкий тон’ (Глухо, поглубже, погуще). Ср.: Марина Тоненько, По-заячьи Закричала… (Устинова, На одном дыхании!, с. 281); Пожалуй, говорить это следовало не так, Поглубже, Погуще, не столько с удивлением, сколько с лег­кой завистью к другому, недоступному миру сложных чувств (Устинова, На од­ном дыхании!, с. 50).

Обстоятельства со значением общей тональности речи, ее основного эмоцио­нального настроя, окраски образуют подгруппу 1.1.6, в которой выделяются пара­дигмы, противопоставленные семами «выразительности» тона (Пылко, вдохновенно, Горячо, деловито) и «однообразности», невыразительности тона (Монотонно). Ср.: «Мои произведения уникальны и существуют только в единственном числе!» – вскричал итальянец Пылко (Устинова, На одном дыхании!, с. 150); «Меня ударили», – Монотонно Выговорила она (Устинова, На одном дыхании!, с. 43).

Обстоятельственные распространители, характеризующие манеру говорить, присущую тому или иному герою художественного произведения, выделены нами в отдельную Подгруппу 1.2: Капризно, шаловливо, ухарски, фальшиво, интимно. См., например: «Аппарат абонента выключен», – Интимно Сообщила ей неведо­мая телефонистка (Устинова, Пять шагов по облакам, с. 292).

Часть характеристик манеры говорения с грамматической точки зрения представляют собой обстоятельства, выраженные наречиями-сравнениями: По-солдатски, По-секретарски, ср.: «Рад стараться!» – По-солдатски Отсалютовал Ловчилин (Акунин, Весь мир театр, с. 68).

Немногочисленная по составу Подгруппа 1.3 включает нейтральные по сти­листической окраске обстоятельства, характеризующие форму речи по способу осуществления речевого действия: Сказал Вслух; его периодичности: Вновь Заго-


Ворила; места положения коммуникантов: Вдогонку Велела, Сказал Поблизости, Издали Крикнул; и их реакции на реплику-стимул или ситуацию речевого акта: Не­ожиданно Сказал, сказал Вдруг, Запоздало Спросил, Эхом Повторила. Ср.: «Прохо­дите», – Издалека Пригласила Глафира (Устинова, На одном дыхании!, с. 318).

Последняя Подгруппа 1.4 объединяет нейтральные с точки зрения стилисти­ческой окрашенности адвербиалии, которые характеризуют языковую систему, служащую средством общения: говорил По-французски, по-английски. Ср.: Мак-симус Росси По-Английски Тоже говорил довольно сносно (Устинова, На одном дыхании!, с. 148).

Вторая группа Включает ряды обстоятельств образа действия, характери­зующих сторону речевого процесса с точки зрения важности, значимости содер­жания произносимого, его ясности, понятности, степени подготовленности и уме­стности. Актанты этой группы могут быть объединены Общим значением харак­теристики содержательной стороны речи, хотя мы отдаем себе отчет в извест­ной степени условности такой классификации.

Подгруппу 2.1 образуют обстоятельственные конкретизаторы, указываю­щие на важность, значимость для говорящего того, о чем идет речь; сюда же от­носятся уточнители, указывающие на интерес к содержанию речи: Серьезно, вну­шительно, назидательно, наставительно, заинтересованно, Мимоходом (посове­товал). См.: «Да уж просят», – произнес привратник так Внушительно, что прокурор больше ни о чем спрашивать не стал (Акунин, Пелагия и красный пе­тух, с. 175).

В Третью группу Входят обстоятельства образа действия, представляющие через речевую характеристику Внутреннее состояние говорящего. В зависимо­сти от того, какой аспект внутреннего состояния персонажа актуализируют об­стоятельственные слова, выделяются следующие подгруппы.

Подгруппа 3.1 объединяет конкретизаторы, с одной стороны, обозначаю­щие внутреннюю уверенность, готовность персонажа к чему-л., проявляющиеся в речи; а с другой – характеристики, регистрирующие отсутствие у говорящего от­меченных качеств: Твердо, Решительно, Настойчиво, упрямо, самоуверенно, убежденно, удовлетворенно И Неуверенно, недоверчиво, нерешительно, осторож­Но, остолбенело, оторопело, робко, растерянно, беспомощно. Ср.: «Мог», – воз­разила Глафира Убежденно (Устинова, На одном дыхании!, с. 104); «Костенька», – сказала Марина Растерянно (Устинова, На одном дыхании!, с. 53).

Обстоятельства, нейтрально характеризующие интеллектуальный аспект внутреннего состояния говорящего (процесс размышления, обдумывания произ­носимого), образуют Подгруппу 3.2: Задумчиво: «А что такое альков?» – Задум­чиво Уточнил Прохоров (Устинова, На одном дыхании!, с. 32).

Характеристики внутреннего состояния, указывающие на общее самочувст­вие, настроение, расположение духа говорящего, входят в Подгруппу 3.3, смеж­ную и частично пересекающуюся с обстоятельствами, манифестирующими эмо­циональное состояние персонажа. Выделенные наречные парадигмы, с одной сто­роны, обозначают приподнятое расположения духа и настроения (Охотно, жизне­радостно, жизнеутверждающе, самозабвенно, торжествующе), с другой – сни­женное, подавленное, угнетенное и т. д. (Неохотно, устало, тупо, сухо). Ср.: «А то, что номер телефона у неё не тот», – заключила Варя Торжествующе (Устинова, На одном дыхании!, с. 295); «Все из-за бабок», – повторил Дэн Устало (Устинова, На одном дыхании!, с. 262).

Подгруппу 3.4 составляют обстоятельственные характеристики, обозна­чающие эмоциональное состояние говорящего, которое В. Н. Телия определяет как чувство-состояние. Это как бы след эмоциональной реакции: оно кратковре-


Менно и полностью зависит от ситуации (таковы раздражение, гнев, радость и др., которые могут сопутствовать многим ситуациям) [17, с. 205–206]. В зависимости от чувства-состояния, испытываемого героем в момент речи, все обозначения этой подгруппы дифференцируются по шкале, нулевая ступень которой выража­ется наречием Спокойно И его синонимами, например: «Глаша», – сказал он со­вершенно Спокойно (Устинова, На одном дыхании!, с. 105).

В зависимости от чувства, сопровождающего акт говорения, в составе «плюсовой» зоны этой подгруппы можно выделить ряды актантов, обозначающих разную степень Удивления: Удивленно, Изумленно, восхищенно; Радостного со­стояния: Весело, Восхищенно, Радостно, Восторженно, торжественно. См.: «Вы так сильно любите жену?» – Удивленно Спросил он (Акунин, Весь мир театр, с. 433); «Здоровенная!» – Восхищенно Сказал Пирогов (Устинова, На одном дыха­нии!, с. 224).

Обстоятельственные слова, характеризующие «минусовую» зону эмоций, ма­нифестируют внутренние состояния персонажей, проявляющиеся в разной степени Волнения: Взволнованно, нервно, Тревожно, облегченно; Страдания: Жалобно, оби­Женно; Стыдливости: Конфузливо, стыдливо, виновато, покаянно; Печали: Грустно, Печально, хмуро, тоскливо, Уныло, мрачно, Угрюмо; Страха: Испуганно; Разочарования: Разочарованно, огорченно, сокрушенно. Ср.: Маньяк же, увидев Фандорина, Конфуз - ливо Пробормотал: Здравствуйте (Акунин, Ф. М., т. 2, с. 70); «О чем они?» – Нервно Спросила Пелагия (Акунин, Пелагия и красный петух, с. 530).

Четвертая группа Объединяет обстоятельственные распространители с ин­вариантным значением Оценки, обозначающие разного рода Отношения, возни­кающие в процессе речи между говорящим и слушающим. Сюда входят слова, передающие отношение говорящего к своему собеседнику; оценочные отноше­ния, которые квалифицируются в аспекте нравственности, морали; слова со зна­чением самооценки героя или оценки произносимого им, а также актанты, выра­жающие оценку речи одного героя другим.

Подгруппа 4.1 объединяет актанты, эксплицирующие отношение говоряще­го к своему собеседнику, которое выступает в виде эмоциональной или этической (относиться по-доброму / относиться со злом) оценки. В. Н. Телия называет эмо­циональную оценку, передающую отношение, чувством-отношением. В отличие от чувства-состояния, полностью зависящего от ситуации, чувство-отношение – это как бы «продуманное» эмоциональное отношение, социологизированное по своей природе. Например, несоответствие собеседника или его поступков, свойств и т. д. эталону или стереотипу, которые складываются в обиходно-бытовой картине мира, вызывает у говорящего чувство-отношение пренебреже­ния, которое может сопровождаться негативной эмоциональной реакцией. Эта ре­акция всегда будет более слабой по интенсивности в сравнении с таким чувством-отношением, как презрение: здесь не доходит до гнева, ярости, а присутствуют более «слабые» эмоции – недовольство, злорадство и т. д. [17, с. 206–207].

Нулевой уровень оценки-отношения в анализируемой подгруппе выражают обстоятельства Равнодушно, безучастно, безразлично, безмятежно, дежурно, на­пример: «А-а, Марк», – сказала она совершенно Безразличн о И прищурилась за очками (Устинова, На одном дыхании!, с. 317).

Остальные члены подгруппы достаточно четко распределяются по стилисти­ческим парадигмам со значением доброжелательного и недоброжелательного от­ношения. В зависимости от чувства-отношения, которое испытывает персонаж к собеседнику, в обеих зонах этой подгруппы можно выделить ряды актантов, имеющих градуальную структуру. В «плюсовой» зоне интегрирующими смысло­выми компонентами являются семы, манифестирующие Благожелательность: Доб-


Родушно, Благодушно, благожелательно, великодушно, миролюбиво, приветливо, вежливо, радушно; Уважение: Почтительно; Любезность: Любезно; различные от­тенки Нежности: Ласково, сердечно. См., например: «Позавчера у Вадима не рабо­тал телефон», – Сердечно Сказала Лера (Устинова, Пять шагов по облакам, с. 59); «Я сам о себе доложу», – благодушно ответил Э. П. (Акунин, Весь мир театр, с. 430).

Противоположную зону образуют ряды с интегрирующим значением Хо­лодности: Недобро, строго, сурово; Неуважения: Непочтительно; Насмешки: На­смешливо; Пренебрежения: Презрительно, язвительно, ядовито; Недовольства: Раздраженно, Раздражительно, сердито; Враждебности: Зло, мстительно, свире­По, угрожающе. Например: Да, – Язвительно Сообщила Лера, – представьте се­бе! (Устинова, Пять шагов по облакам, с. 65); Варя, – перебил Волошин Угро­жающе, – прекратите (Устинова, На одном дыхании!, с. 339).

Следующая Подгруппа обстоятельств (4.2.) характеризует речевое поведение говорящего с точки зрения его честности, открытости по отношению к собеседнику (Честно, искренне) и наоборот (Фальшиво, лукаво). См.: Интересовал, конечно, – почему-то Честно Ответила Глафира (Устинова, На одном дыхании!, с. 155); Ес­Ли, конечно, пожелает, – Лукаво Подумала Элиза (Акунин, Весь мир театр, с. 166).

Особое место среди обстоятельств, характеризующих отношения между участниками художественной коммуникации, занимают слова, указывающие на стремление говорящего оказать воздействие на слушающего, побудить его к от­ветной реакции. В предлагаемой классификации они вошли в Подгруппу 4.3: Про­никновенно, умоляюще, просительно, ревниво. Например: Такая, такая, – загово­рил отец Умоляюще (Устинова, На одном дыхании!, с. 236).

Таким образом, проведенное исследование позволяет выделить ЛСГ наре-чий-конкретизаторов, характеризующие: 1) внешнюю сторону речевого процесса в аспекте интенсивности звучания, отчетливости и легкости произнесения, скоро­сти произнесения слов и длительности произносимого; тембра, интонации и тона речи, особенностей произношения и т. д.; 2) содержание высказывания с точки зрения его важности, истинности, понятности, уместности и периодичности; 3) внутреннее состояние говорящего, заключающееся в его уверенности, готовно­сти к чему-либо, желании действовать и наоборот; 4) эмоциональное состояние говорящего, не влияющее на его отношение к собеседнику, и 5) эмоциональное и внутреннее состояние, проявляющееся в нейтральном, положительном или нега­тивном отношении к собеседнику.

Следует отметить, что многие наречия в художественном контексте могут совмещать различные характеристики речи, например, наречия, эксплицирующие силу громкости голоса, одновременно выражают и соответствующее эмоциональ­ное состояние персонажа. Способность наречий выражать различные характери­стики, значимые в художественном дискурсе, вполне может стать предметом са­мостоятельного изучения, перспективным для дальнейшей работы в этом направ­лении.

Библиографические ссылки

1. Антонова С. М. О роли обстоятельственной сочетаемости в актуализации семантики глаголов говорения / С. М. Антонова // Семантическая структура слова : сб. науч. тр. – Кемерово : Кемеров. гос. ун-т, 1984. – С. 127–135.

2. Беспалова Ю. В. Лингвостилистический потенциал лексики речевого действия (на материале произведений А. И. Куприна и В. В. Вересаева) : дис. … канд. филол. наук : 10.02.02 / Ю. В. Беспалова. – Днепропетровск, 2002. – 198 с.


3. Битехтина Г. А. О формальном выражении частных синтаксических функций опре­делительных наречий / Г. А. Битехтина // Спорные вопросы синтаксиса. – М. : Изд-во МГУ, 1974. – С. 63–81.

4. Ермакова О. П. О некоторых общих вопросах словообразования наречий / О. П. Ермакова // Развитие словообразования современного русского языка. – М. : Наука, 1966. – С. 45–56.

5. Ермакова О. П. О связи словообразовательных и синтаксических явлений / О. П. Ермакова //Вопросы синтаксиса русского языка. – Калуга, 1969. – С. 34–46.

6. Ившина Т. П. Реализация эстетических возможностей наречия в художественном тексте : дис. … канд. филол. наук : 10.02.01 / Т. П. Ившина. – Ижевск, 2002. – 261 с.

7. Коренькова Е. В. Качественное наречие как элемент идиостиля : на материале худо­жественной прозы И. А. Бунина и Б. К. Зайцева : дис. ... канд. филол. наук : 10.02.01 / Е. В. Коренькова. – СПб., 2003. – 168 с.

8. Кружилина М. В. Всегда ли семантика наречия повторяет семантику прилагательно­го / М. В. Кружилина // Русский язык в школе. – 1993. – № 4. – С. 80–84.

9. Максимова Т. В. Адвербиальная сочетаемость русского и английского префиксаль­ного глагола / Т. В. Максимова // Русский глагол в сопоставительном освещении. – Саратов : Изд-во Саратов. ун-та, 1987. – С. 160–167.

10. Набатчикова Т. П. Наречие в былинном тексте : дис. … канд. филол. наук : 10.02.01 / Т. П. Набатчикова. – Курск, 1997.

11. Ножкина Э. М. Средства выражения адвербиального признака в эпистолярном стиле / Э. М. Ножкина // Вопросы стилистики. – Саратов, 1989. – Вып. 23. – С. 132–145.

12. Основы теории коммуникации / под ред. М. В. Василика. – М., 2003. – 616 с.

13. Пеньковский А. Б. Очерки по семантике русских наречий. Наречие Впервые /

A. Б. Пеньковский // Актуальные проблемы лексикологии и словообразования. – Но­
восибирск, 1977. – Вып. 1. – С. 41–50.

14. Савёлова Л. А. Аспекты прагмасемантического описания системы русского наречия / Л. А. Савёлова. – Архангельск : Поморский ун-т, 2009. – 262 с.

15. Самаркина Н. К. Адвербиальная валентность английского глагола : автореф. дис. … канд. филол. наук : 10.02.04 / Н. К. Самаркина. – Калинин, 1971. – 23 с.

16. Сидорец B. C. В поисках точного слова. О наречиях в прозе И. А. Бунина /

B. C. Сидорец // Русская речь. – 1979. – № 5. – С. 27–29.

17. Телия В. Н. Русская фразеология. Семантический, прагматический и лингвокульту-рологический аспекты / В. Н. Телия. – М. : Школа «Языки русской культуры», 1996. – 288 с.

18. Теплякова Л. С. Средства художественно-образной конкретизации глаголов говоре­ния (на материале произведений Ф. М. Достоевского) / Л. С. Теплякова // Лексика русского языка. – Рязань : Рязан. пед. ин-т, 1979. – С. 76–80.

19. Туманова Н. Л. Сочетаемость глаголов речи с определенными наречиями / Н. Л. Туманова // Исследования по семантике. – Уфа, 1980. – С. 89–96.

20. Шмелев Д. Н. Проблемы семантического анализа лексики / Д. Н. Шмелев. – М. : Просвещение, 1973. – 220 с.

Надійшла До Редколегії 25.05.11


УДК 811.161.1’367

Похожие статьи